Дефиниция понятия «счастье».
Понятие счастья является настоящим «философским камнем» для поколений мыслителей: философы, богословы, психологи и, в конце концов, политические идеологи — все, так или иначе, задавались вопросом о природе счастья. Вернее, конечно, будет правильнее сказать: пытались дать, собственно, определение понятию счастья. Как часто и бывает в психологии, что понятие, феномен — есть, а определение оного, буквально — нет. Разговор о счастье, может поначалу показаться: сродни беседе о том, что такое психика, смысл жизни, Господь Бог или, скажем, курица или яйцо. Впрочем, современная психология и, в частности, актуальные методики психотерапии, анализируя феномен счастья, в какой-то степени, приблизились к формулировке весьма окончательной. Счастье, с точки зрения психологии, является эмоцией соответствующей глубокому чувству удовлетворения своим существованием. Так, поиск Яндекса, буднично добавит к этому, что счастье, к тому же: «чувство удовлетворения сопровождающееся (внезапно) благодарностью». И так, внешний контур мы с вами, друзья, очертили. Короче говоря, счастье это удовлетворённость. По Аристотелю это ещё и «соответствие добродетели», то есть «житие сообразно Закону». То есть, выражаясь модным сегодня постмодернистским языком: жизнь в гармонии.
Тут, не могу обойтись без пояснения о том, что такое «гармония» в рецепте счастья, в разъяснении этого понятия, я, помимо опоры на свой профессиональный опыт, воспользуюсь метафорой понятия «архетип», Карла Густава Юнга. Соответственно, согласно моему, интуитивному пониманию: счастье есть существование в условиях архетипического соответствия своему жизненному сценарию». Поясню: так уж получается, что люди, называющие себя счастливыми, подозрительно часто, что называется, выражаясь бытовым языком: «находятся на своем месте». Вспомните ту самую, спокойную, красивую и удовлетворённую женщину с тремя маленькими детьми, которая возится с ними на пикнике в парке… Если спросить её о счастье, каков будет ответ? Конечно, она сообщит что в данный момент — счастлива. То есть, её существование настолько же счастливо, насколько — архетипично. Часто, про таких женщин, интуитивно хочется сказать: я видел буквально Мадонну. Она, существуя в «сочетании и во взаимодействии» со своей сутью: добродетельна, сказал бы Аристотель. Мужчина, находящийся в «сочетании и во взаимодействии» со своей мужественностью, переживающий, скажем — смелость, будет выглядеть также целостно и, конечно, поспешит сообщить, «что настроение у него хорошее, даже как то, счастливо себя чувствует». Теперь, надеюсь, друзья, понятие «гармонии» обрело для вас забытый, под слоями современной болтовни, смысл.
Методика достижения счастья.
Переходя к более технической стороне вопроса, о том как же достичь счастья, приведу отличную цитату Далай-ламы ХIV:
«К счастью можно прийти двумя путями. Первый путь — внешний. Приобретая лучшее жилище, лучшую одежду, более приятных друзей, мы можем в той или иной степени обрести счастье и удовлетворение. Второй путь — это путь духовного развития, и он позволяет достичь счастья внутреннего. Однако эти два подхода не равноценны. Внешнее счастье без внутреннего не может длиться долго. Если жизнь рисуется вам в чёрных красках, если вашему сердцу чего-то недостает, вы не будете счастливы, какой бы роскошью себя ни окружили. Но если вы достигли внутреннего спокойствия, то можете обрести счастье даже в самых тяжёлых условиях.»
Тут, по большей степени, я могу и закончить, но все же давайте разберемся: как же достичь счастья технически?
И так, во первых, раз мы условились, что для достижения счастья необходимо соответствовать некоему архетипу, для этого нужно в первую очередь его вырастить. Именно, друзья: архетип необходимо взрастить. Добродетель, в психологическом смысле, есть подсознательная готовность к неким изменениям. Вспомним замечательный афоризм знаменитого профессора МГУ Валерия Викторовича Петухова, прозвучавший на одной из лекций посвященных А.Н. Леонтьеву: «Курение не стоит бросать, его необходимо преобразовать». Именно так, друзья, хочу предостеречь вас от насилия над собой, которое сегодня как никогда в моде. Движение к счастью должно быть процессом, в котором надо получать удовольствие от самого процесса жизни. Директивно определить для себя потребность обрести счастье в чем либо — не получится и приведёт лишь к страданию и насилию над самим собой. Тут, чтобы быть более понятным, приведу пример из трудов, моего любимого, Мераба Константиновича Мамардашвили, примерно так, он описывает феномен «недостаточности мысли»: когда возникает, к примеру, мысль о том, чтобы испытать любовь — её одной недостаточно. То есть философ сообщает нам некий, возможный лишь «быть прочувствованным», эмпирический процесс «созревания» мысли. Так, когда человек желает чего либо: любви, счастья, смелости, мужественности или счастья; самой мысли о желании, увы — недостаточно. Мысль должна «взойти», подобно аграрному плоду: в нужное время, нам лишь остаётся «удобрять» её своим смирением и работой над собой. Так, человеку современному, свойственно переоценивать свою непосредственную роль в процессе осуществления своих желаний. Конечно, я говорю по большей степени в философском смысле. Впрочем, психологически, конечно, эта «фоновая готовность» подчас играет огромную роль. В процессе достижения счастья, конечно, эта схема работает как нельзя лучше: смирение, принятие себя, работа над своим мироощущением, личностный рост: конечно, это неминуемо ведёт к переоценке ценностей и, следовательно — к изменениям. Боязнь последних, кстати, подчас становится очень крупным препятствием на пути к счастью. Именно поэтому, к процессу формирования «фоновой, подсознательной готовности» стоит отнестись довольно серьезно. В конце концов, счастье должно быть чувством повседневным и, несколько рутинным, ведь человек и создан для счастья.
«Счастья для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным!»
— ‘Пикник на обочине’.
